Неточные совпадения
Гораздо легче изображать характеры большого размера: там просто бросай краски со всей руки на полотно, черные палящие глаза, нависшие брови, перерезанный морщиною лоб, перекинутый через плечо черный или алый, как огонь, плащ — и портрет готов; но вот эти все господа, которых много на свете, которые с вида очень похожи между собою, а между
тем как приглядишься, увидишь много самых неуловимых
особенностей, — эти господа страшно трудны для портретов.
Француз или немец век не смекнет и не поймет всех его
особенностей и различий; он почти
тем же голосом и
тем же языком станет говорить и с миллионщиком, и с мелким табачным торгашом, хотя, конечно, в душе поподличает в меру перед первым.
Еще не успеешь открыть рта, как они уже готовы спорить и, кажется, никогда не согласятся на
то, что явно противуположно их образу мыслей, что никогда не назовут глупого умным и что в
особенности не согласятся плясать по чужой дудке; а кончится всегда
тем, что в характере их окажется мягкость, что они согласятся именно на
то, что отвергали, глупое назовут умным и пойдут потом поплясывать как нельзя лучше под чужую дудку, — словом, начнут гладью, а кончат гадью.
Она решительно не хочет, чтоб я познакомился с ее мужем —
тем хромым старичком, которого я видел мельком на бульваре: она вышла за него для сына. Он богат и страдает ревматизмами. Я не позволил себе над ним ни одной насмешки: она его уважает, как отца, — и будет обманывать, как мужа… Странная вещь сердце человеческое вообще, и женское в
особенности!
В
ту минуту, когда все трое, Разумихин, Раскольников и она, остановились на два слова на тротуаре, этот прохожий, обходя их, вдруг как бы вздрогнул, нечаянно на лету поймав слова Сони: «и спросила: господин Раскольников где живет?» Он быстро, но внимательно оглядел всех троих, в
особенности же Раскольникова, к которому обращалась Соня; потом посмотрел на дом и заметил его.
Фамилию его называли тоже различно: одни говорили, что он Иванов, другие звали Васильевым или Андреевым, третьи думали, что он Алексеев. Постороннему, который увидит его в первый раз, скажут имя его —
тот забудет сейчас, и лицо забудет; что он скажет — не заметит. Присутствие его ничего не придаст обществу, так же как отсутствие ничего не отнимет от него. Остроумия, оригинальности и других
особенностей, как особых примет на теле, в его уме нет.
— Как
то, что вы прекрасны вообще, а сегодня в
особенности, — сказал он и пошел к тетке.
Володя, Ивины, молодой князь, я, мы все были влюблены в Сонечку и, стоя на лестнице, провожали ее глазами. Кому в
особенности кивнула она головкой, я не знаю, но в
ту минуту я твердо был убежден, что это сделано было для меня.
Стараясь быть незамеченным, я шмыгнул в дверь залы и почел нужным прохаживаться взад и вперед, притворившись, что нахожусь в задумчивости и совсем не знаю о
том, что приехали гости. Когда гости вышли на половину залы, я как будто опомнился, расшаркался и объявил им, что бабушка в гостиной. Г-жа Валахина, лицо которой мне очень понравилось, в
особенности потому, что я нашел в нем большое сходство с лицом ее дочери Сонечки, благосклонно кивнула мне головой.
Судя по особенной хлопотливости, заметной в буфете, по яркому освещению, придававшему какой-то новый, праздничный вид всем уже мне давно знакомым предметам в гостиной и зале, и в
особенности судя по
тому, что недаром же прислал князь Иван Иваныч свою музыку, ожидалось немалое количество гостей к вечеру.
Большой статный рост, странная, маленькими шажками, походка, привычка подергивать плечом, маленькие, всегда улыбающиеся глазки, большой орлиный нос, неправильные губы, которые как-то неловко, но приятно складывались, недостаток в произношении — пришепетывание, и большая во всю голову лысина: вот наружность моего отца, с
тех пор как я его запомню, — наружность, с которою он умел не только прослыть и быть человеком àbonnes fortunes, [удачливым (фр.).] но нравиться всем без исключения — людям всех сословий и состояний, в
особенности же
тем, которым хотел нравиться.
Herr Frost был немец, но немец совершенно не
того покроя, как наш добрый Карл Иваныч: во-первых, он правильно говорил по-русски, с дурным выговором — по-французски и пользовался вообще, в
особенности между дамами, репутацией очень ученого человека; во-вторых, он носил рыжие усы, большую рубиновую булавку в черном атласном шарфе, концы которого были просунуты под помочи, и светло-голубые панталоны с отливом и со штрипками; в-третьих, он был молод, имел красивую, самодовольную наружность и необыкновенно видные, мускулистые ноги.
Портрет Анны, одно и
то же и писанное с натуры им и Михайловым, должно бы было показать Вронскому разницу, которая была между ним и Михайловым; но он не видал ее. Он только после Михайлова перестал писать свой портрет Анны, решив, что это теперь было излишне. Картину же свою из средневековой жизни он продолжал. И он сам, и Голенищев, и в
особенности Анна находили, что она была очень хороша, потому что была гораздо более похожа на знаменитые картины, чем картина Михайлова.
Он был совсем не такой, каким воображал его Константин. Самое тяжелое и дурное в его характере,
то, что делало столь трудным общение с ним, было позабыто Константином Левиным, когда он думал о нем; и теперь, когда увидел его лицо, в
особенности это судорожное поворачиванье головы, он вспомнил всё это.
Портрет с пятого сеанса поразил всех, в
особенности Вронского, не только сходством, но и особенною красотою. Странно было, как мог Михайлов найти
ту ее особенную красоту. «Надо было знать и любить ее, как я любил, чтобы найти это самое милое ее душевное выражение», думал Вронский, хотя он по этому портрету только узнал это самое милое ее душевное выражение. Но выражение это было так правдиво, что ему и другим казалось, что они давно знали его.
Она никак не могла бы выразить
тот ход мыслей, который заставлял ее улыбаться; но последний вывод был
тот, что муж ее, восхищающийся братом и унижающий себя пред ним, был неискренен. Кити знала, что эта неискренность его происходила от любви к брату, от чувства совестливости за
то, что он слишком счастлив, и в
особенности от неоставляющего его желания быть лучше, — она любила это в нем и потому улыбалась.
И противнее всех была Кити
тем, как она поддалась
тому тону веселья, с которым этот господин, как на праздник для себя и для всех, смотрел на свой приезд в деревню, и в
особенности неприятна была
тою особенною улыбкой, которою она отвечала на его улыбки.
В
особенности ему не нравилось
то, что Голенищев, человек хорошего круга, становился на одну доску с какими-то писаками, которые его раздражали, и сердился на них.
В
особенности было обидно
то, что Левин не мог никак понять, с кем он борется, кому выгода оттого, что его дело не кончается.
Левин часто любовался на эту жизнь, часто испытывал чувство зависти к людям, живущим этою жизнью, но нынче в первый paз, в
особенности под впечатлением
того, что он видел в отношениях Ивана Парменова к его молодой жене, Левину в первый раз ясно пришла мысль о
том, что от него зависит переменить
ту столь тягостную, праздную, искусственную и личную жизнь, которою он жил, на эту трудовую, чистую и общую прелестную жизнь.
Мысли казались ему плодотворны, когда он или читал или сам придумывал опровержения против других учений, в
особенности против материалистического; но как только он читал или сам придумывал разрешение вопросов, так всегда повторялось одно и
то же.
Он не только не любил семейной жизни, но в семье, и в
особенности в муже, по
тому общему взгляду холостого мира, в котором он жил, он представлял себе нечто чуждое, враждебное, а всего более — смешное.
Кити была в
особенности рада случаю побыть с глазу на глаз с мужем, потому что она заметила, как тень огорчения пробежала на его так живо всё отражающем лице в
ту минуту, как он вошел на террасу и спросил, о чем говорили, и ему не ответили.
Больной страдал всё больше и больше, в
особенности от пролежней, которые нельзя уже было залечить, и всё больше и больше сердился на окружающих, упрекая их во всем и в
особенности за
то, что ему не привозили доктора из Москвы.
При пилюлях Сергея Ивановича все засмеялись, и в
особенности громко и весело Туровцын, дождавшийся наконец
того смешного, чего он только и ждал, слушая разговор. Степан Аркадьич не ошибся, пригласив Песцова. С Песцовым разговор умный не мог умолкнуть ни на минуту. Только что Сергей Иванович заключил разговор своей шуткой, Песцов тотчас поднял новый.
— Да моя теория
та: война, с одной стороны, есть такое животное, жестокое и ужасное дело, что ни один человек, не говорю уже христианин, не может лично взять на свою ответственность начало войны, а может только правительство, которое призвано к этому и приводится к войне неизбежно. С другой стороны, и по науке и по здравому смыслу, в государственных делах, в
особенности в деле воины, граждане отрекаются от своей личной воли.
По свойству своего характера Кити всегда в людях предполагала всё самое прекрасное, и в
особенности в
тех, кого она не знала.
В
особенности же петербургский взгляд на денежные дела успокоительно действовал на Степана Аркадьича. Бартнянский, проживающий по крайней мере пятьдесят тысяч по
тому train, [образу жизни,] который он вел, сказал ему об этом вчера замечательное слово.
Князь разложил подле себя свои покупки, резные сундучки, бирюльки, разрезные ножики всех сортов, которых он накупил кучу на всех водах, и раздаривал их всем, в
том числе Лисхен, служанке и хозяину, с которым он шутил на своем комическом дурном немецком языке, уверяя его, что не воды вылечили Кити, но его отличные кушанья, в
особенности суп с черносливом.
Но Кити в каждом ее движении, в каждом слове, в каждом небесном, как называла Кити, взгляде ее, в
особенности во всей истории ее жизни, которую она знала чрез Вареньку, во всем узнавала
то, «что было важно» и чего она до сих пор не знала.
Вступив в разговор с юношей, Катавасов узнал, что это был богатый московский купец, промотавший большое состояние до двадцати двух лет. Он не понравился Катавасову
тем, что был изнежен, избалован и слаб здоровьем; он, очевидно, был уверен, в
особенности теперь, выпив, что он совершает геройский поступок, и хвастался самым неприятным образом.
Он не верил в
то, что любимые им люди могут умереть, и в
особенности в
то, что он сам умрет.
Воспоминание о
том, как он принял, возвращаясь со скачек, ее признание в неверности (
то в
особенности, что он требовал от нее только внешнего приличия, а не вызвал на дуэль), как раскаяние, мучало его.
Правда, часто, разговаривая с мужиками и разъясняя им все выгоды предприятия, Левин чувствовал, что мужики слушают при этом только пение его голоса и знают твердо, что, что бы он ни говорил, они не дадутся ему в обман. В
особенности чувствовал он это, когда говорил с самым умным из мужиков, Резуновым, и заметил
ту игру в глазах Резунова, которая ясно показывала и насмешку над Левиным и твердую уверенность, что если будет кто обманут,
то уж никак не он, Резунов.
Вронский уважал и любил его в
особенности за
то, что чувствовал, что Яшвин любит его не зa его имя и богатство, а за него самого.
Он не верил в смерть вообще и в
особенности в ее смерть, несмотря на
то, что Лидия Ивановна сказала ему и отец подтвердил это, и потому и после
того, как ему сказали, что она умерла, он во время гулянья отыскивал ее.
Другая женщина, менее внимательная, не знавшая Анны прежде и в
особенности не думавшая
тех мыслей, которые думала Дарья Александровна дорогой, и не заметила бы ничего особенного в Анне.
По мере чтения, в
особенности при частом и быстром повторении
тех же слов: «Господи помилуй», которые звучали как «помилос, помилос», Левин чувствовал, что мысль его заперта и запечатана и что трогать и шевелить ее теперь не следует, а
то выйдет путаница, и потому он, стоя позади дьякона, продолжал, не слушая и не вникая, думать о своем.
Особенность Алексея Александровича как государственного человека,
та, ему одному свойственная характерная черта, которую имеет каждый выдвигающийся чиновник,
та, которая вместе с его упорным честолюбием, сдержанностью, честностью и самоуверенностью сделала его карьеру, состояла в пренебрежении к бумажной официальности, в сокращении переписки, в прямом, насколько возможно, отношении к живому делу и в экономности.
Он доказывал, что бедность России происходит не только от неправильного распределения поземельной собственности и ложного направления, но что этому содействовали в последнее время ненормально привитая России внешняя цивилизация, в
особенности пути сообщения, железные дороги, повлекшие за собою централизацию в городах, развитие роскоши и вследствие
того, в ущерб земледелию, развитие фабричной промышленности, кредита и его спутника — биржевой игры.
— Впрочем, — нахмурившись сказал Сергей Иванович, не любивший противоречий и в
особенности таких, которые беспрестанно перескакивали с одного на другое и без всякой связи вводили новые доводы, так что нельзя было знать, на что отвечать, — впрочем, не в
том дело. Позволь. Признаешь ли ты, что образование есть благо для народа?
Толпа народа, в
особенности женщин, окружала освещенную для свадьбы церковь.
Те, которые не успели проникнуть в средину, толпились около окон, толкаясь, споря и заглядывая сквозь решетки.
Последнее ее письмо, полученное им накануне,
тем в
особенности раздражило его, что в нем были намеки на
то, что она готова была помогать ему для успеха в свете и на службе, а не для жизни, которая скандализировала всё хорошее общество.
Это было ему
тем более неприятно, что по некоторым словам, которые он слышал, дожидаясь у двери кабинета, и в
особенности по выражению лица отца и дяди он догадывался, что между ними должна была итти речь о матери.
Но, несмотря на это, в
то время как он перевертывал свои этюды, поднимал сторы и снимал простыню, он чувствовал сильное волнение, и
тем больше, что, несмотря на
то, что все знатные и богатые Русские должны были быть скоты и дураки в его понятии, и Вронский и в
особенности Анна нравились ему.
Левины жили уже третий месяц в Москве. Уже давно прошел
тот срок, когда, по самым верным расчетам людей знающих эти дела, Кити должна была родить; а она всё еще носила, и ни по чему не было заметно, чтобы время было ближе теперь, чем два месяца назад. И доктор, и акушерка, и Долли, и мать, и в
особенности Левин, без ужаса не могший подумать о приближавшемся, начинали испытывать нетерпение и беспокойство; одна Кити чувствовала себя совершенно спокойною и счастливою.
Но помощь Лидии Ивановны всё-таки была в высшей степени действительна: она дала нравственную опору Алексею Александровичу в сознании ее любви и уважения к нему и в
особенности в
том, что, как ей утешительно было думать, она почти обратила его в христианство,
то есть из равнодушно и лениво верующего обратила его в горячего и твердого сторонника
того нового объяснения христианского учения, которое распространилось в последнее время в Петербурге.
― Удивительно! ― говорил густой бас Песцова. ― Здравствуйте, Константин Дмитрич. В
особенности образно и скульптурно, так сказать, и богато красками
то место, где вы чувствуете приближение Корделии, где женщина, das ewig Weibliche, [вечно женственное,] вступает в борьбу с роком. Не правда ли?
Вронский и Анна всё в
тех же условиях, всё так же не принимая никаких мер для развода, прожили всё лето и часть осени в деревне. Было между ними решено, что они никуда не поедут; но оба чувствовали, чем долее они жили одни, в
особенности осенью и без гостей, что они не выдержат этой жизни и что придется изменить ее.
Так они прошли первый ряд. И длинный ряд этот показался особенно труден Левину; но зато, когда ряд был дойден, и Тит, вскинув на плечо косу, медленными шагами пошел заходить по следам, оставленным его каблуками по прокосу, и Левин точно так же пошел по своему прокосу. Несмотря на
то, что пот катил градом по его лицу и капал с носа и вся спина его была мокра, как вымоченная в воде, — ему было очень хорошо. В
особенности радовало его
то, что он знал теперь, что выдержит.